Выбери любимый жанр
Оценить:

За гранью долга


Оглавление


37

— Ненавижу лесть… — поморщился Модар. — А что с подавальщицами из 'Четырех комнат' и с 'разбойниками'?

— Скоропостижно скончались… Все до единого, ваша милость… Как вы и приказывали…

— Молодец… — сотник жестом показал на лавку перед собой, и, перевернув небольшой кусок пергамента, негромко сказал: — Смотри внимательно… Это схема первого этажа городского дома Утерсов. Вот — входная дверь, здесь — лестница на второй этаж… Тут и тут обычно стоят светильники…

— Почему так мелко, ваша милость? — удивленно поинтересовался воин. И, привстав, наклонился над свитком. — Тот, кто это рисовал…

— …рисовал по моему приказу… — фыркнул Ялгон. И, выдернув из глазницы помощника кинжал, брезгливо столкнул на пол бьющееся в агонии тело. — Как иначе заставить тебя расслабиться?

…- Мы вовремя, не правда ли?

Услышав знакомый голос, раздавшийся из-за дверного проема, сотник выхватил меч, сорвался с места… и тут же оказался на полу. С прижатым к горлу клинком метательного ножа.

— Вы так не рады меня видеть, господин Модар Ялгон? — левой рукой сняв с себя капюшон, поинтересовался граф Утерс. Потом ухмыльнулся, потянулся к шее своего пленника, и… в голове сотника вспыхнуло солнце…

…Жуткая вспышка боли в обрубке носа заставила Ялгона зашипеть от боли, открыть глаза и попробовать схватиться за горящее огнем лицо. Увы, сделать последнее не удалось — судя по ощущениям, он был связан. Причем не как попало, а в позе 'лука' — его руки и ноги были связаны между собой. И, судя по ощущениям, довольно давно — прогнутое в пояснице тело страшно ломило, а затекшие конечности почти потеряли чувствительность.

— Вы пришли в себя? Отлично… — голос, раздавшийся откуда-то сверху, заставил его повернуть голову направо. И искоса посмотреть на стоящего над ним графа Вэлш и его спутника, невысокого мужчину лет тридцати, одетого в цвета королевского дома Берверов. Мужчина, увидев, что сотник открыл глаза, слегка повернул лицо к источнику света и нехорошо усмехнулся.

Модар почувствовал, что покрывается холодным потом: над ним стоял не кто-нибудь, а сам принц Вальдар, маркиз Нейский, наследник короля Вильфорда! А, значит, и появление в трактире графа Утерса случайностью не являлось!

Принц, увидев, что сотник побледнел, как полотно, уперся сапогом в его плечо и перевернул Модара на бок. А потом, присев на корточки, продемонстрировал ему зажатые в кулаке бумаги:

— Мы как раз успели ознакомиться с парой очень интересных документов. Выписка из записи манориального суда Арнорда об уступке родовым собственником бароном Ниего Райзером своего наследственного феода господину барону Олтису. И аналогичный документ, удостоверяющий право барона Хорейна на земли феода Квайст. Забавно — оба 'свидетеля' убийства принца Ротиза одновременно получают неплохой лен на юго-восточной окраине королевства. Ни за что ни про что! Причем, судя по дате, проставленной в обоих свитках, обе записи в реестр были внесены ВЧЕРА. То есть в тот день, когда графа Утерса приговорили к смерти. Вам не кажется, что таких совпадений не бывает?

— Граф должен сидеть в Последнем Приюте! — кое-как справившись со вспышкой боли, прохрипел Модар.

— Угу. А вы, если вспомнить о данной вами присяге, должны верой и правдой служить королю и народу Элиреи… — кивнул его наследник престола. — Кстати, если документы подлинные, в чем я по ряду причин очень сильно сомневаюсь, то они должны быть не у вас, а у вышеупомянутых господ. Впрочем, о чем это я, сотник? Ведь их наверняка уже нет в живых! Зачем вам ненужные свидетели? Ведь их так легко найти и разговорить…

— Я не понимаю, о чем вы говорите, ваше высочество… — выдохнул Ялгон.

— Угу. Провалы в памяти… — усмехнулся принц Вальдар. — Что ж, это лечится довольно быстро… Правда, назвать этот способ безболезненным нельзя… но вы ведь знали, что большая игра подразумевает и большие проигрыши? В общем, мне нужна информация, и я ее получу… Граф! Вы поможете господину сотнику вспомнить?

— Как прикажете, ваше высочество… — Аурон Утерс выхватил из ножен кинжал, и, аккуратно разрезав колет сотника от воротника почти до связанных за спиной рук, достал откуда-то несколько коротеньких тонких иголочек: — Говорить, и тем более, кричать вы не сможете: мы с его высочеством не расположены слушать ваши истошные вопли. Поэтому, когда вы решите, что ваша память полностью восстановилась, просто кивните… И я дам вам возможность высказаться…

Первые две иглы вошли в тело практически безболезненно.

'Нашел, чем пугать…' — подумал Модар. — 'Сложись ситуация иначе, я бы показал тебе, что такое боль… Скажем, выбиваешь передние зубы, берешь обыкновенный напильник…'

Додумать мысль до конца сотнику не удалось — куда-то в основание шеи словно вонзилось раскаленное клеймо, и по всему его телу прокатилась волна чудовищной боли. Чувствуя, как лопаются вены на шее, вздувшейся от беззвучного крика, как сводит судорогой сведенные от перенапряжения конечности, и как крошатся сжатые зубы, он успел подумать, что мальчишка перестарался. И что он сейчас просто потеряет сознание, уйдя с допроса в блаженное небытие.

Увы, надеждам сотника так и суждено было остаться надеждами: учили графа на совесть. Люди, понимающие, что такое боль. И, почувствовав, что ему не позволят даже сойти с ума, Модар сломался…

Глава 18. Граф Томас Ромерс

Услышав еле слышный скрип, Том заставил себя открыть глаза, сел, и, свесив ноги с топчана, прислушался.

3
×
×

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор