Выбери любимый жанр
Оценить:

Монтер путей господних


Оглавление


27

И тут мое тело пронзила волна тошнотворной внутренней дрожи, которую я теперь научился распознавать. Предчувствие беды. Искусники не станут придерживаться принятых у черных правил (об этом следовало задуматься уже давно), а мне не по силам быть всегда и везде. Я ведь знал, что они придут, и все равно прошляпил. Теперь, если продолжать в том же духе, под удар попадет моя семья. Долго ли сектантам украсть ребенка? Джо не удастся отсидеться в Краухарде, а малышей-белых не засунешь в карман — необходимость бояться и прятаться станет для них травмой на всю жизнь. Но и оставлять покушение безнаказанным нельзя — бездействие отнюдь не гарантировало безмятежность. Кто знает, что ненормальные измыслят в следующий раз! Я слишком многое ценю в этом мире и этим уязвим. Что же делать?

Глупый вопрос! Если они не знают причины своих бед, то и нанести ответный удар не смогут. Я окинул оценивающим взглядом разметанные по двору клочки плоти и постановил:

— Придется мне ненадолго умереть.


Сатал не обязан был селиться в Редстоне, даже наоборот — сильным черным свойственно держаться друг от друга подальше, но для перевозки семьи нужно было создать надежное гнездо, такие вещи с бухты-барахты не делаются. Однако прошло уже больше года, а никакие шаги к переезду не предпринимались. Сатал ловил себя на мысли, что наличие неподалеку решительно настроенного колдуна кажется ему весьма разумным. Что за ерунда? Мисс Кевинахари такое поведение мага не удивляло, но спрашивать совета у эмпатки бывший координатор считал ниже своего достоинства. Черный должен уметь разбираться со своими проблемами сам!

Ответ на невысказанный вопрос пришел неожиданно: чувство самосохранения принуждало мага стать частью иерархии, оставлять потомство под защитой себе подобных, терпеть дискомфорт ради предсказуемости будущего. Долгие часы, проведенные наедине с чудовищем, давали о себе знать: разум еще не усвоил урок, а подсознание навсегда запечатлело чувства волшебников, потерявших все только потому, что им нужно было спать. Сатал, рожденный в более-менее спокойные времена, думал и действовал как умудренный потерями столетний колдун. К сожалению, причина для познания себя была печальной.

Легкое беспокойство привело мага в кабинет начальника. Это казалось естественным — мимо старшего координатора никакие бедствия пройти не могли. Сотрудники офиса держались нервно, что только укрепило Сатала в подозрениях.

Непривычно растрепанный Ларкес, пригорюнившись, сидел за столом и рассматривал графин характерной формы. Прозрачная жидкость сохранилась лишь на самом дне сосуда и в маленькой хрустальной стопочке. Запах спирта витал в помещении: вероятно, маг не только пил из стаканов, но и кидался ими. Как на это реагировать, было непонятно. Ларкес заметил визитера, хотя и не сразу.

— Не получилось, — с пьяной серьезностью сообщил он.

Сатал почувствовал острую потребность позвать Кевинахари, но, по ее же словам, Ларкес патологически не доверял эмпатам. Оставалось ждать в надежде, что старший координатор выскажется определеннее. Вместо разговоров хозяин кабинета подтолкнул гостю стандартный бланк телефонограммы.

Офис суэссонского НЗАМИПС сообщал, что такого-то числа, около одиннадцати ноль-ноль, подрывом мощного взрывного устройства в своем доме убит бывший сотрудник «надзора», маг-аниматор Томас Тангор. Ведется следствие. Сатал прочитал бумажку несколько раз — молодой колдун, до сих пор называющий его учителем, никак не представлялся ему в мертвом виде. Разум и интуиция опять вошли в клинч.

Старший координатор шмыгнул носом. Сатал настороженно покосился на него: в таком состоянии черные маги способны чудить, некоторые — бьются в истерике, а иные — впадают в буйство. Одно точно — после такого концерта координатором Ларкес не останется, а Саталу удивительно не хотелось разгребать проблему в одиночку.

— Что собираешься делать?

— А что тут сделаешь? — удивился пьяный маг. — Он умер, его больше нет.

— Например — найти виновных и отомстить.

— Я двадцать лет искал и мстил. А толку? Его снова убили.

Сатал решил не сосредотачиваться на странной этимологии слова «он». Маг порылся в доставшихся от Шороха воспоминаниях — нужно было сказать что-то нестандартное, способное пронять черного из того поколения, к которому принадлежал Ларкес.

— Ты не один! — почти процитировал Сатал. — А он вернется. Сильные духи всегда возвращаются, снова рождаются среди живых. Вместе мы сможем встретить его достойно.

— Да! — неожиданно встрепенулся Ларкес. — Так и будет, я знаю. Я видел доказательство! Мы будем стараться еще больше!!!

Сатал слегка отодвинулся от невменяемого колдуна. Особой мощью нынешний старший координатор не обладал, но баек про то, как его оппоненты умирали, не успев дотянуться до Источника, ходило предостаточно. Однако Ларкес повел себя на удивление разумно — немного покопавшись в столе, он вытащил оттуда пузырек без этикетки, накапал в стакан ярко желтых капель и, не найдя, чем разбавить, выпил так. Судя по выражению лица, на вкус капли были омерзительны.

— Через полчаса собираемся в малом конференц-зале, — проморгавшись, сообщил Ларкес, — собери старших по отделам, будем формировать рабочую группу. Такая выходка не должна остаться безнаказанной!

Глава 11

А ведь какая великолепная, на первый взгляд, была идея — притвориться мертвым!

На стадии обсуждения план выглядел идеально, но чем дальше, тем больше я понимал сомнения Йохана в возможности его реализации. Собственно, выдать разорванное на клочки тело за мое сложности не представляло — остаточная аура зомби была весьма похожа на хозяйскую. Однако сам я, живой и невредимый, должен был исчезнуть без следа.

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор