Выбери любимый жанр
Оценить:

Форпост. Право победителя


Оглавление


29

Эта тема Ваню интересовала.

— И когда планируете с жильём полностью разобраться?

— К концу этой осени. — Голос Звонарёва был полон уверенности. Народ вокруг согласно закивал.

«Ни хрена ж себе! Строительное общество „Метеор“!»

Олег сообщил, что путём проб и ошибок они таки подобрали дикую смесь из растительного масла и самогона, которую старый атмосферный дизель стасовского «паджерика» всё-таки кушал. И что он, припомнив историю группы Романова, смотался на северный берег, отыскал тот полузатопленный автобус и, ныряя в холодную воду, умудрился вытащить двенадцать отличных оконных стёкол. Которые теперь и красуются в некоторых домах.

— Там что хорошо: окна боковые — все двойные. Верхние части все побиты, наверное, через них народ и повылазил. А вот нижние части все целые.

Иван представил себе холодное зимнее море и поёжился.

— А чего до лета не подождал? Холодно же!

— Ха! — Омоновец усмехнулся. — Это мне-то?

«Ну да, они там, в Сибири все моржи».

— Так у вас теперь джипак на ходу?

Услышав этот вопрос, Олег мгновенно скис.

— Нет. Топливная сдохла. Разобрал всё. Почистил. Но что-то пока не работает. Никто ничего понять не может.

Лужин-младший заговорщицки подмигнул Ивану и, наклонившись, зашептал ему на ухо.

— Забери ты этого агронома! Не могу я больше его проповеди слушать! Сорвусь и отпинаю снова.

Ваня усмехнулся. «Юра, держись!»

— Заберу.


Когда дед с землекопами вернулся в посёлок и сообщил о найденной лодке и каких-то запчастях, мама Надя приняла это к сведению и не более того. Лодка — вещь, конечно, нужная, но не самая. Чего уж тут говорить. Георгий Александрович было заинтересовался, но потом, закрутившись с делами, немного поостыл. В самом деле — что же с ней делать-то? Одних гребцов надо — до чёрта. Рыбу на ней ловить, что ли? И только Станислав, немного подумав, решил, что эта штука стоящая, и надо бы её приспособить как-нибудь к делу. А к какому именно, не знал даже он сам. Все жители посёлка имели натуру сухопутную и про море думали в последнюю очередь.

Известие о том, что Иван докопался до нужного результата и хочет всё-таки лодку вытащить, все восприняли хоть и без энтузиазма, но и без особых возражений.

«Подзабыли уже. Подзабыли».

Маляренко не был удивлён тому, что люди не горят желанием ему помочь: память — штука ненадёжная. А благодарность так и вовсе скоротечна. Сегодня — брат, а завтра — просто знакомый. Но пока ещё у него был кое-какой авторитет, а у людей вокруг — чувство долга, так что общее согласие на участие в работах по подъёму лодки Ваня получил.


«Надо скорей становиться самодостаточным!»


— Иван Андреевич, вы не думайте. Мы всё помним. Всё помним. И обязательно вам поможем. Столько, сколько потребуется.

Проницательный взгляд Надежды Фридриховны, казалось, проникал прямо в душу.

— Поможем, внучок, не сомневайся, а теперь иди — отдыхай.

Дед, как всегда, был чем-то страшно недоволен.


Док с сопровождающим вернулись через два дня, когда Иван совсем уж было собрался возвращаться пешком.

Док не успел.

ГЛАВА 7,
векселя и их оплата в условиях дикой природы

Людей Ваня ненавидел. В смысле — абстрактных людей. Человечество вообще. Веры у него к нему, к человечеству, не было никакой. Ну, то есть совсем никакой.

Некоторым конкретным людям Иван, несмотря ни на что, всё-таки доверял. Хоть и постоянно одёргивал себя, напоминая самому себе о том, как его за последний год неоднократно «кидали». Совсем некоторых — Иван любил. Помимо Маши, в этот список, безусловно, входил горластый тёзка, его родители и Звонарёв. К остальным своим знакомцам Маляренко относился с уважением и вежливостью, но без тех особых тёплых чувств, которые принято называть дружескими.

Эти размышления, которым Иван предавался, гостя в доме Звонарёвых, натолкнули его на весьма интересные выводы. А именно: «Да какого чёрта я вообще стесняюсь?» и «Не пора ли, нахрен, пересмотреть свою жизненную позицию?»

Настроение было говенным — утром, еле-еле крутя педали, в посёлок притащился Док и сообщил, что Алла умерла за три часа до его приезда и, судя по всему, диагноз там был такой, что он, опытнейший сельский врач, без аппарата по гемодиализу помочь ей ничем не мог. Маша ударилась в слёзы, а Док, жахнув стакан бормотухи, только развёл руками.

— Не судьба.

Доку Ваня верил. Несмотря на некую гнильцу в душе и страсть к выпивке, он был, в общем, неплохим человеком, истинным профессионалом и иногда творил настоящие чудеса. Да такие, что местные, бывало, молились на него едва ли не больше, чем на самого Ивана.

— Серый. Собери здесь народ. Весь нужный народ. — Маляренко подвигал челюстью и сгорбился. — Надо хорошего человека помянуть. И поговорить с вами хочу.

— Вечером Иван толкнул программную речь, которая сводилась к тому, что всех строителей из Бахчисарая, а также пленных, он забирает на всю весну и лето для своих нужд. Что работы у него на всех хватит, и если тут найдутся ещё добровольцы, то он с удовольствием их примет. И что дополнительным условием он ставит собственные запасы еды, потому что сам кормить их точно не будет!

На этой фразе Маляренко изо всех сил ёкнул кулаком по столу и обвёл присутствующих тяжёлым взглядом.

— С домами здесь придётся обождать. Вопросы?

На лице Звонарёва была написана полнейшая готовность помочь другу. Олег недовольно щурился, а все Лужины, растерянно переглянувшись, только кивнули.

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор