Выбери любимый жанр
Оценить:

Одна ночь и вся жизнь


Оглавление


9

Йоргос  что-то сказал еще, и Софи снова рассмеялась, весело и признательно, глядя на своего собеседника. Костас почувствовал дискомфорт. Раздражение.

Ревность?

Нет. Невозможно. Он едва знал эту женщину. Его не интересовали личные отношения.

Он положил в карман сотовый и подошел к машине.

— Готова?

Его голос звучал резко.

Софи перестала улыбаться и отвела взгляд. Костас почувствовал разочарование.

Чего еще он хотел? Он получил то, к чему стремился: шанс спасти Элени. Кроме этого ничто не имело значение. Больше он ни в чем не нуждался. Ни в улыбках этой женщины, ни в ее обществе.

Он подождал, пока Софи сядет в машину, потом тоже уселся на широкое заднее сиденье, в другом углу.

Стараясь не встречаться с Софи взглядом, он принялся объяснять ей, где они находятся, рассказывать о Гераклионе. Подробно, содержательно и бесстрастно.

Это помогало ему сооружать барьеры, которые, впрочем, ослабевали каждый раз, когда он смотрел на нее. Барьеры, которые понадобятся ему для того, чтобы пережить следующие несколько дней.

Софи откинулась на спинку сиденья, слушая, как Костас описывает порт Гераклион, историю и традиции города. Он очень любил здешние края. Но она чувствовала, что в нем произошла перемена. Он старался не глядеть ей в глаза.

Неужели она чем-то его обидела? Она не могла понять, чем именно.

Минут через двадцать они подъехали к огромному, современному дому. Он не был похож на те дома, которые Софи доводилось видеть. Взглянув на здание, она лишний раз убедилась в том, что Костас Паламидис очень богатый человек.

Машина остановилась, отрылись большие парадные двери, и из дома вышла женщина. Высокая, седая женщина, которая держала на руках маленького ребенка.

Костас распахнул дверцу и вышел из машины. Софи наблюдала, как он подошел к женщине и взял на руки ребенка. Девочке, наверное, было всего три или четыре года, решила Софи. У нее заболело сердце, когда она увидела бледное личико и ее лысую головку, свидетельство ее лечения. Она заморгала, пытаясь не расплакаться.

Дверца с ее стороны открылась. Она подняла глаза и увидела улыбающееся лицо Йоргоса, шофера.

Софи глубоко вздохнула, вышла из машины и зашагала к дому. Ей не хотелось мешать встрече родственников. Проходя мимо, она невольно скосила глаза на Костаса с дочкой. Вот он ей что-то прошептал, и девочка рассмеялась в ответ. Потом он повернулся, и Софи невольно остановилась — настолько поразила ее перемена, которая с ним произошла.

Когда он обнимал свою дочку, в его глазах было выражение любви. Он выглядел моложе, более волнующе, казался более живым. Широкая улыбка придавала ему вид человека, который мог бы привести Софи в смятение даже на расстоянии десяти метров.

Элени пошевелилась в его объятиях, и Софи посмотрела на маленькую, хрупкую девочку. Увидела ее огромные темные глаза, которые так сильно напоминали глаза ее отца.

Малышка долго глядела на нее. Потом протянула к Софи руки.

— Мата, — позвала она.


ГЛАВА ПЯТАЯ

Софи с удовольствием пила кофе. Слишком сладкий на ее вкус, но сейчас именно такой ей и был нужен. Кофе постепенно согревал ее, все еще дрожащую от пережитого.

Она слышала удаляющийся стук высоких каблуков по гладкому полу холла. Слышала, как мать Костаса быстро говорит с сыном по-гречески.

Впервые Софи пожалела, что недостаточно хорошо знает этот язык. Она отказалась ходить на уроки греческого языка, когда поняла, что отношения ее матери и семьи в Греции вконец разорваны. Но теперь она многое отдала бы за то, чтобы понять, о чем миссис Паламидис говорит своему сыну. И еще больше — за то, чтобы узнать, какой ответ он ей дал.

Миссис Паламидис повела себя с Софии очень приветливо. Она была такой понимающей, так ей посочувствовала, извинившись за потрясение, которое испытала Софи, когда Элени назвала ее мамой... Миссис Паламидис проводила Софи сюда, в элегантную гостиную, чтобы та смогла отдохнуть.

Но теперь она удалилась, и Софи окажется наедине с Костасом. А потом — и с маленькой Элени.

Костас пошел укладывать дочку спать.

Тот миг, когда Элени взглянула на нее с таким волнением и назвала ее mama, не изгладится из ее памяти никогда. Софи вздрогнула. Она пришла в ужас. Почувствовала себя так, будто оказалась на месте своей покойной двоюродной сестры. Она ошеломленно перевела взгляд с девочки на Костаса и увидела на его лице такое страдальческое выражение, что поняла: он вспоминает о своей жене. И когда она это поняла, ей показалось, что у нее в груди поворачивают нож.

Почему он не сказал, что между ней и ее двоюродной сестрой есть сходство? Неужели боялся, что она откажется приехать в Грецию?

При мысли о собственной матери, глаза Софи наполнились слезами. Как бы ей, наверное, захотелось снова встретиться с семьей, которую она покинула много лет назад!.. Ее мама сочла бы как само собой разумеющееся, что при подобных обстоятельствах Софи вылетит в Грецию первым же рейсом. Несмотря на незатихающую боль, она позволила бы снова открыться старым семейным ранам, если бы это только помогло ребенку...

Софи не могла не подумать и о своем дедушке, который выздоравливал после удара где-то на этом же острове. Впрочем, здесь ее сочувствие не распространялось так далеко. Она считала, что человек, который отрекся от ее матери, мог бы жить и на другой планете, и ее это совсем бы не тревожило.

Заметив какое-то движение в дальнем конце огромной гостиной, Софи подняла глаза. В дверях стоял Костас, буквально заполняя дверной проем своими широкими плечами.

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор