Выбери любимый жанр
Оценить:

Равные звездам


Оглавление


139

— Никакая ты не старая! — заявила Цукка. — У нас в стране многие только после тридцати лет в первый раз брачный контракт заключают. В тридцать пять, даже в сорок в первый раз родить — обычное дело.

— В тридцать пять? — недоверчиво осведомилась Тамша. — Тридцать пять — совсем старая, совсем некрасивая. Ребенок из живот родиться нельзя, умирать вместе с ребенок. Какой муж купить в тридцать пять? Женщину купить муж в пятнадцать лет, в двадцать лет уже никто не купить, остаться одна. Только дорей стать в чужая семья.

— У нас все иначе. Кстати, Тамша, что такое «дорей»?

— Дорей? Дорей — когда мужчина или женщина жить чужой дом, выполнять всю работу, ничего не делать без слова хозяин, никуда не уходить. Нельзя жену купить, нельзя женой пойти, если хозяин не позволять. До самый умирать быть дорей. Стать дорей — свободный больше нет.

— Рабы… — потрясенно пробормотала Карина. — Тамша, значит, тебя продать могут другому человеку?

— Продать? Нет, нельзя. Как можно человек продать? Человек не вещь. Хозяин может наказать, может выгнать навсегда, продать нельзя. Только муж в жены купить мочь, но кто купить старый дорея?

— Скорее, какая-то форма крепостной зависимости, чем рабство, — задумчиво сказала Цукка. — Надо с Мати проконсультироваться, он историк, должен такие вещи понимать. Кара, значит, я теперь считаюсь твоей дорей? Или дореей?

— Ага, и ты вся работа выполнять, а то я тебя бить, плевать и выгонять! — фыркнула Карина. — Тамша, Цукка — не моя дорея. Она моя… как приемная мать. Она меня воспитывала. Она мой друг, не дорея.

— Не дорея? — Тамша наморщила лоб. — Просто друг? Что такое «приемная мать»? «Приемный отец» знать, «приемная мать» не бывать. Разве женщина может решать за ребенок?

Цукка с Кариной переглянулись.

— Придется просвещать, — резюмировала Цукка. — А то она про нас такое местным расскажет, что потом хоть вешайся.

Они опустились рядом с Тамшей на ее лежанку — Цукка скрестила ноги, а Карина уселась на пятки в своей излюбленной манере.

— Тамша, наша страна совсем не такая, как ваша, — начала Цукка. — У нас женщины имеют те же права, что и мужчины. Они могут воспитывать детей наравне с мужчинами — не просто нос утирать и кормить, а по-настоящему воспитывать. Если ребенок остается без семьи…

Тот же день. Грашград

— А там что за статуя?

Комора взглянул на Кансу взглядом истязаемого мученика. Вся компания нещадно дергала и изводила его глупыми вопросами и желаниями начиная с того момента, как он в три часа дня снова появился в их гостинице. Огромный торговый квартал в центре Грашграда, называющийся Масакаран — «Торговое место» на поллахе, как он пояснил — они исследовали уже пять часов, и гид выглядел замотанным до невозможности. Канса про себя жалела этого довольно симпатичного немолодого дядьку с проседью в густой бороде, вынужденного разрываться между желаниями капризных туристов, но выбора у них не оставалось. Если имелся хотя бы небольшой шанс, что он действительно осведомитель местной службы безопасности, он не должен обращать внимания на мелкие странности, в образ простых туристов не вписывающийся.

Впрочем, данный вопрос для туриста являлся абсолютно естественным. Кажущийся бесконечным Масакаран внезапно оборвался на большой площади, в центре которой били красивые многоструйные фонтаны, треугольником окружающие черный базальтовый постамент. Скульптура изображала две женские фигуры из непонятного камня оливкового цвета. Несмотря на местный запрет на наготу, обе были полностью обнажены. Молодая девушка, присев на корточки, одной рукой тяжело опиралась о землю, и по ее плечу и груди текли тонкие струйки крови, выполненные из какого-то розового материала. Другой рукой она поддерживала голову навзничь лежащей на земле женщины постарше, сжимающей в руке обломок не то сабли, не то кинжала. Из груди лежащей торчало древко стрелы. Лицо девушки оставалось спокойным, но в глазах чувствовалось напряжение. Вокруг грудами валялось сломанное оружие — сабли, дротики, булавы…

— Прямо перед нами, господа и дамы, вы видите памятник двум выдающимся женщинам, навеки вошедшим в историю Граша благодаря своим мужеству и целеустремленности — Тароне и Элизе, — несмотря на измотанность голос гида оставался ровным и звучным. — Возможно, вы слышали про них раньше. Тарона — вошедшая в предания и легенды королева тарсаков, жившая примерно два века назад. Она внесла огромный вклад в объединение до того разрозненных тарсачьих родов, а также нанесла сокрушительное поражение племенам гуланов, утвердив доминирование тарсаков в политике и экономике Граша, сохраняющееся и сегодня. Элиза — ее полулегендарная советница, как считается — северянка, ребенком вывезенная в Граш родителями, спасавшимися от преследования со стороны Церкви Колесованной Звезды. Ее биография точно не известна, и некоторые историки даже полагают ее мифом. По дошедшим до нас преданиям считается, что ее родители в Граше сгинули, она осталась сиротой и в какой-то момент прибилась к тарсачкам, быстро завоевав их уважение и став доверенной спутницей и верной защитницей самой королевы.

— У нас тоже есть героиня по имени Элиза, — сообщила Канса. Статуи потрясли ее своей жизненностью, и на несколько мгновений она забыла про необходимость изображать глупую пустышку. — Она приехала из-за моря, откуда-то из Приморской Империи… вернее, тогда еще не существовало Приморской Империи, просто из какого-то торгового прибрежного города на вашем континенте. Тогда Империя Майно была не очень большой, и Элиза на службе городу Оканаке, в ее состав еще не входившем, много подвигов совершила. У нас про нее кино снимают и книги пишут. А кто из них Элиза?

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор