Выбери любимый жанр
Оценить:

Взять реванш


Оглавление


24

– Да что вы знаете?..

– У меня такое ощущение, что ты совсем еще неопытна, – продолжал он как ни в чем не бывало. – И это наталкивает меня на мысль, что Том в этом деле отнюдь не профи. Вот, собственно, и все.

– В следующий раз советую вам подумать, прежде чем что-то сказать, – прошипела Камилла, хватая со стола стакан с минералкой. – Если не хотите, чтобы я плеснула это вам в физиономию.

Хью недоуменно пожал плечами.

– В таком случае что ты здесь со мной делаешь?

Камилла задохнулась от возмущения. И он еще спрашивает! Да он практически силой приволок ее сюда!

– Думаю, будет лучше, если вы отвезете меня обратно, – произнесла Камилла с дрожью в голосе, но когда она попыталась выбраться из кабинки, то наткнулась на его ногу.

– Только не надо снова этого, – устало промолвил он. – Ну хорошо. Это было непростительной глупостью с моей стороны. Я прошу прощения. Может, теперь ты успокоишься?

– Нет! – Ее глаза метали громы и молнии. – Я должна была понимать, что от такого типа не приходится ждать уважительного отношения. Вам, должно быть, доставляет удовольствие мучить меня!

Хью нахмурился.

– Знаешь, по-моему, нам обоим доставляет удовольствие нечто другое. – Не успела она глазом моргнуть, как он перебрался на ее сторону и закинул руку на спинку сиденья. Камилле хотелось провалиться сквозь землю. – Давай не будем притворяться, ладно? – Ладонь другой руки легла ей на щеку. Большим пальцем он провел по ее полураскрытым губам. – Знаешь, о чем я сейчас мечтаю?

Камилле стало трудно дышать. И, похоже, он об этом догадывается.

– Знаешь? – снова спросил он.

– Я должна идти, – пролепетала Камилла, опасливо покосившись в сторону стойки. Но бармен не обращал на них ни малейшего внимания.

– Нет, – сказал Хью. Наклонившись к ней, он коснулся языком чувствительной ямочки под мочкой уха. – Не притворяйся: ты хочешь остаться. – Он сжал мочку уха губами и слегка прикусил ее. – Просто тебя мучают угрызения совести, вот и все.

– Да, мучают. – Камилла ухватилась за эти слова как утопающий хватается за соломинку. – Не надо было мне с вами ехать. Я хочу, чтобы вы отвезли меня обратно.

Хью тяжело вздохнул и уронил руку ей на колени, где она держала сцепленные замком ладони. Она не могла позволить ему завладеть руками. Сбросив их с колен, она судорожно впилась ногтями в обивку банкетки.

Камилла почти физически ощущала на себе его взгляд, чувствовала тяжесть его руки на коленях. И еще она чувствовала, как увлажнилось укромное место у нее между ног и как там трепетно пульсирует какая-то жилка.

– Хорошо, я отвезу тебя, – сказал Хью, и Камилла в душе подивилась, почему это известие не принесло ей долгожданного успокоения. – Но сперва выслушай меня. В конце месяца, в субботу накануне Пасхи, у моего деда день рождения. Мать устраивает прием, и я сказал, что ты можешь ей помочь.

У Камиллы комок застрял в горле.

– У твоего деда? – воскликнула она неестественно высоким голосом, почти фальцетом.

Хью, склонив голову, с интересом наблюдал за ней.

– Именно. Будет человек пятьдесят. Семейное торжество. Что скажешь?

Камилла судорожно сглотнула.

– Но я не смогу приготовить на пятьдесят человек.

– Тебя об этом и не просят, – пробормотал Хью и, воспользовавшись замешательством Камиллы, коснулся языком ее разомкнутых губ. – Просто ей нужна помощница. Я сказал, что лучше, чем ты, не найти.

Камилла вздрогнула.

– Ты… вы сказали, что ваша мать гречанка, – заикаясь, пролепетала она, раздираемая самыми противоречивыми чувствами. С одной стороны, ей не терпелось положить всему этому конец, с другой – она готова была умолять, чтобы он наконец поцеловал ее по-настоящему. – А где живут ваша мать и дед?

– В Греции, разумеется, – ответил Хью, поднимая бокал. – Ну как? Договорились?

7

Хью, отряхиваясь, вышел на берег. Было раннее утро, и вода, еще не успевшая набрать весеннего тепла, приятно освежала.

Он небрежно пригладил влажные волосы и, собрав их в пучок на затылке, отжал воду. Холодные капли сбегали по его мускулистым плечам, по груди, исчезая под резинкой шорт. Лениво проведя рукой по телу, он убедился, что на том месте, где еще недавно намечался животик, теперь бугрились мышцы пресса. С тех пор как он бросил пить и начал следить за собой, его самочувствие значительно улучшилось, а утренние головные боли, к которым он уже начал привыкать, исчезли.

Он подумал, что отчасти обязан этим Камилле. Как всегда, вспоминая ее, он ощутил тревожное томление в груди. Однако это был не самый подходящий момент, чтобы предаваться мечтаниям, – неподалеку, на открытой террасе, сидел его дед, который обычно вставал ни свет ни заря. Дед приехал накануне вечером, и Хью был рад выказать ему свое уважение.

Взяв полотенце, он вытер волосы и плечи, обмотал его вокруг пояса и по песчаному пляжу направился к лестнице, которая вела на террасу.

– Дед, – почтительно приветствовал он старика, наблюдавшего за ним хмурым и одновременно исполненным тихой гордости взглядом.

– Хью, – Андреас жестом указал на кресло, – ты никогда не был ранней птахой.

– Это правда, – сказал Хью, усаживаясь в кресло. – Вода отличная.

Дед говорил по-гречески, хотя прекрасно знал английский, и Хью отвечал ему на том же языке.

– Ты уверен, что сей факт не связан со скорым приездом этой юной особы… Как, ты сказал, ее имя? Год… Годуин?

– Гордон, – поправил его Хью, отметив про себя, что человек, державший в голове тоннаж сотен нефтяных танкеров, едва ли споткнется на одной-единственной фамилии. – Ее зовут Камилла Гордон. По-моему, мать говорила тебе о ней пару дней назад.

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор