Выбери любимый жанр
Оценить:

Полковник советской разведки


Оглавление


81

– Зря он убивался, – встрял я в дядин монолог. – Одному человеку, да еще такому ничтожеству, как Коротышка, не под силу разрушить супердержаву. Тут орудовала огромная свора, хищная, жадная, беспощадная. Цель – власть, разграбление государства, личное обогащение. Эти ребята из высшей номенклатуры давно снюхались с криминалом и со спецслужбами Запада. В девяностом и девяносто первом годах они ходили в американское посольство как к себе домой, а наша наружка ежедневно засекала их встречи с иностранными дипломатами-разведчиками. Их опорой в столице были диссиденты с одесскими фамилиями, а на окраинах – представители национальных элит, получившие образование в Москве у тех же диссидентов. В деньгах недостатка эта сволочь не испытывала. Американцы сегодня открыто признают, что разрушение Советского Союза обошлось им в сто шестьдесят миллиардов долларов: телеканалы, газеты, финансирование политических партий и групп, а также мятежей в национальных образованиях. Коротышка сыграл всего лишь роль катализатора. Когда он всем надоел, его смахнули с политической арены, как смахивают со стола дохлую муху. А прозвище Хомяк удачное для этого типа. Хомяк сексуален и прожорлив. Он с удовольствием поедает собственных детей, если хомячиха не углядит за ним. Набив брюхо, набивает защечные мешки и очень часто испражняется. Много спит.

– Я удивляюсь, – перебил меня дядя, – как этот человек может после всего, что сотворил, спокойно ходить по земле, дышать воздухом и наслаждаться жизнью.

– Какой же он человек! Он Хомяк. Правильную кликуху придумала ему мафия. Хотя с другой стороны Хомяк не совсем подходящий псевдоним для Нобелевского лауреата. Однако тот же Нобель сказал как-то, что демократия – это диктатура подонков, а Коротышка – отец российской демократии. Вот теперь сами и делайте вывод, кто он есть такой.

– Ты уж о том, что от меня услышал, пока я жив, никому, молчок.

– Как вам не стыдно, дядя! Я же вам слово дал…

С той поры прошло десять лет. Давно оставил этот мир дядюшка Константин Григорьевич, да и мне пора собираться, законы природы неумолимы. Престарелый Коротышка все еще порхает по свету, рассказывая профессуре и студентам прославленных университетов мира о своем уникальном опыте развала великой державы, суверенные ошметки которой до сих пор трепыхаются в дерьме, голоде, холоде, стагнации и прострации. Глупая мировая общественность ему рукоплещет, не ведая того, что жизнь в однополюсном мире чревата великими бедами. Коротышка – мультимиллионер. Его внучки шлендрают по Парижу в юбенках от Диора по тысяче долларов за штуку. Многочисленные сыновья Волчары стали банкирами, министрами, депутатами. Дочь Гюльнары вышла замуж за арабского шейха и уехала с матерью на Ближний Восток. Я живу в Москве и сочиняю мемуары, которые при моей жизни никто не издаст, потому что в них голая и потому нелицеприятная для власть имущих правда, одна только правда, но ведь именно на ней, на правде, должен стоять человеческий род.

Экстракт верблюжьей колючки

Я не стану называть страны, где произошли описываемые события, ибо не исключено, что участники их еще продолжают здравствовать, и мне не хочется подвергать риску разоблачения людей, которые в свое время помогали мне в многотрудной моей работа. Скажем так: это было где-то в Европе…

Агент «Авиценна», ливиец по рождению и экстремист левого толка по убеждениям, окончил медицинский факультет в Англии. Там он женился на ирландке, которая одного за другим родила ему трех сыновой. Когда «Авиценна» получил диплом доктора медицины, эта женщина, походившая кротостью облика и твердостью характера на героинь английского романа викторианской эпохи, наотрез отказалась ехать в Африку. Пришлось «Авиценне» осесть в одной из европейских столиц, где он открыл медицинскую практику.

В то время наши позиции в любой арабской колонии за рубежом были очень прочны, поэтому я быстро вышел на «Авиценну» и получил его исчерпывающую характеристику. Завербовать ливийца оказалось долом несложным: он жаждал отомстить империалистам за все те беды, которые они причинили арабскому и вообще мусульманскому миру.

Я ходил на встречи с агентом под видом его пациента, сидел в общей очереди, заводил знакомства с болящими, наблюдал, оценивал, прикидывал, какую пользу можно извлечь из моего нового приобретения. Иногда захаживал к «Авиценне» по вечерам, когда в его особняке не оставалось ни медсестры, ни прислуги. Мы попивали кофе с коньяком во внутреннем, дворике, курили и размышляли о том, как покрепче напакостить врагам мира и прогресса. Постепенно отношения наши стали совершенно дружескими, и мы перешли на «ты». В один из таких вечеров я попросил агента показать мне медицинские карты его пациентов.

– А как же врачебная тайна? – засомневался он.

– Если ты присягнул на верность советское разведки, то у тебя не должно быть тайн от меня, – возразил я.

Мы прошли в его кабинет и стали просматривать карты. Меня, естественно, интересовали не столько болезни, сколько личности больных. Я листал медицинскую документацию и делал кое-какие пометки в записной книжке.

– Не понимаю, как в этой рутине можно откопать что-нибудь стоящее, – пробормотал за моей спиной «Авиценна».

– Как-то раз я видел в твоем приемной молодого крепкого мужчину очень высокого роста. Он постоянно хмур и чем-то озабочен. Мне удалось перекинуться с ним парой слов. Кажется, он служит в МИДе.

– Это Шенк Лорбеер. Он действительно там служит.

– А что у него за болезнь?

– Он здоров, как бык.

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор