Выбери любимый жанр
Оценить:

О, счастливица!


Оглавление


29

– А Триш? – спросила она. – Как она относится к рептилиям?

– О, она от них без ума. Особенно от черепах. – Деменсио еле сохранял бесстрастное лицо.

Кроум достал камеру, такую одноразовую картонную. Деменсио спросил зачем.

– Ваша Дева Мария – можно мне сделать снимок? Это для друга.

– Пожалуй, – ответил Деменсио. – Подождите секундочку, я ее соберу.

– Просто замечательно. Соберите ее и заставьте плакать.

– Иисусе, вам еще и слезы нужны?

– Пожалуйста, – попросил Том Кроум. – Если это вас не сильно затруднит.

Восемь

Было уже за полночь, когда Том Кроум и Джолейн Фортунс остановились в «Комфорт-Инн» в Южном Майами, около университета. Опасаясь, что ее жуткие порезы и синяки привлекут внимание, Джолейн осталась в машине, а Кроум зарегистрировался в мотеле. Им достались отдельные смежные комнаты.

Кроум заснул легко – чудо, если учесть, что у него не было работы, на счете в банке – тысяча триста долларов, и в придачу – отдельно проживающая супруга, которая притворяется наркоманкой, отказываясь дать ему развод. И если этого недостаточно для воспаления мозга, ему грозили тяжкие телесные повреждения от ревнивого судьи, чью жену он и месяца не трахал. Все эти обременительные проблемы Кроум отставил в сторону, чтобы опрометчиво рисковать, преследуя двух вооруженных психопатов, ограбивших и избивших женщину, которую он едва знал.

И все же он спал как щенок. Так сказала Джолейн, которая сидела у него в комнате, когда он проснулся при ярком свете дня.

– Будто нет никаких забот, – услышал он. – Это чуть ли не лучшее в моей работе – смотреть, как спят котята и щенки.

Кроум приподнялся на локтях. На Джолейн была спортивная майка и велосипедные шорты. Ее ноги и руки были стройными, но с упругими мускулами; странно, что он раньше не заметил.

– Младенцы спят точно так же, – сказала она. – Но за младенцами мне наблюдать грустно. Не знаю точно почему.

– Потому что ты знаешь, что готовит им будущее. – Кроум начал было выбираться из постели, потом вспомнил, что на нем одни трусы.

Джолейн бросила ему полотенце:

– А ты, оказывается, стеснительный. Хочешь, я отвернусь?

– Не нужно. – После эпизода в ванной скрывать уже было нечего.

– Иди прими душ, – сказала она. – Обещаю не подсматривать.

Когда Кроум вернулся, она спала на его кровати. Несколько секунд он постоял, прислушиваясь к свистящему ритму ее дыхания. Впереди совершенно безумные опасности, а Кроуму уютно – это настораживало. Незнакомое чувство цели возбуждало, и он решил прекратить излишнее самокопание. Женщину обидели, мужчины, сделавшие это, заслуживали расплаты – и Кроум мог лишь прийти на помощь. В любом случае лучше преследовать вооруженных идиотов по южной Флориде, чем писать безмозглые заметки о холостяцкой жизни в девяностых.

Он проскользнул за дверь в комнату Джолейн, чтобы не разбудить ее разговором по телефону.

Через два часа она вошла – глаза припухли, – чтобы сообщить:

– Ну и сон мне приснился.

– Хороший или плохой?

– В нем был ты.

– Ни слова больше.

– На огромном воздушном шаре.

– Правда?

– Канареечно-желтом с оранжевой полосой.

– Я бы предпочел на великолепном скакуне, – сказал Кроум.

– Белом или черном?

– Не важно.

– Ну еще бы. – Джолейн закатила глаза.

– При условии, что он умеет бегать, – прибавил Кроум.

– Может, в следующий раз. – Она зевнула и села на пол, подогнув под себя ноги. – Трудился как пчелка, да?

Он сказал, что раздобыл финансы для погони. Разумеется, Джолейн захотелось узнать, где он их взял, но Кроум отболтался. Газетный кредитный союз, не зная о его отставке днем раньше, с радостью предоставил заем. Джолейн Фортунс пришла бы в ярость, скажи Кроум правду.

– Я уже перечислил три тысячи на твою «Визу», – сказал он. – Поддержал ублюдков материально.

– Твои собственные деньги!

– Не мои – газеты, – ответил он.

– Да перестань.

– Слыхала когда-нибудь о служебных расходах? Кроме того, мне возмещают оплату отелей и бензина.

Кроум прикидывался эдакой крупной шишкой. Он не был уверен, купилась ли Джолейн на эту ложь. Она шевелила пальцами на ногах – это могло означать практически что угодно.

– Кажется, им и впрямь нужна эта статья, – сказала она.

– Ну да, таков наш бизнес.

– Новостной бизнес, да? Рассказывай.

– Люди, которые тебя избили, – ответил Кроум, – до сих пор не обналичили твой билет «Лотто». Я справился в Таллахасси. Они даже своих имен не назвали.

– Выжидают, хотят убедиться, что я не пойду в полицию. Как ты и предсказывал.

– Они продержатся неделю, может, дней десять, пока билет не прожжет им дыру в кармане.

– Не так уж много времени.

– Я знаю. Нам понадобится удача, чтобы их найти.

– А потом?…

Об этом она уже спрашивала, и у Кроума не было ответа. Все зависело от того, кто эти подонки, где они живут, что купили на оружейной выставке. Эти люди вспомнили, что нужно стащить ночную видеопленку из «Хвать и пошел», а значит, они не настолько тупы, как Кроум решил поначалу.

Джолейн напомнила ему, что в багажнике лежит «ремингтон».

– Вот что хорошо в дробовиках, – сказала она. – Предел погрешности.

– Ага, так ты, выходит, уже стреляла в людей.

– Нет, Том, но я знаю оружие. Папа об этом позаботился.

Кроум передал ей телефон:

– Позвони этим милым ребятам из «Визы». Посмотрим, что там поделывают наши тусовщики.


Синклер не сказал ни единой душе в «Реджистере», что Том Кроум ушел в отставку, надеясь, что это был дешевый блеф. Хорошие журналисты темпераментны и импульсивны; Синклер помнил это из лекций школы менеджмента.

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор