Время палача

Оглавление

102

Вадим снова погладил Аллочку по голове. Не просыпаясь, девушка едва заметно улыбнулась. Забавно! Его жутковатые россказни подействовали на нее, как добрая детская сказка. Хотя, наверное, для нее это и было сказкой — абсолютно нереальной и далекой, никоим образом не способной коснуться окружающей действительности. Пожалуй, оно и к лучшему. Он больше не будет ее обманывать, однако и убеждать тоже ни в чем не будет. Жизнь есть жизнь, и каждому в ней нести свою ношу. Эта же ноша целиком и полностью принадлежала ему…

Глава 13

Информации на руках было не столь уж мало, — во всяком случае, покрутившись как следует, можно было вычислить всю команду грабителей — и того, что угрожал охраннику пистолетом, и красавца, замаскировавшегося под любящую мамашу. Тем не менее, экономя время, Вадим решил привлечь к поискам Ломтя. Он не стал посвящать влиятельного пациента в детали сложившейся ситуации, однако описание человека, сидевшего в «Ауди», выдал самое подробное, упомянув и утлую косичку, и по-кроличьи выпирающие зубы, и явно руководящую роль в криминальных делишках. Выслушав Вадима, Ломоть пообещал пошукать через своих людишек и уже к вечеру выдать результат. Самое замечательное, что ждать вечера не понадобилось. Телефон мяукнул уже через четверть часа, и не без некоторого довольства в голосе Ломоть сообщил:

— Это Кудесник. Работает на Папу. В последние месяцы крепко приподнялся. По слухам, даже получил от Папы в подарок вполне приличный «Вольво».

— Папа? Кажется, слышал о таком.

— Вот и ладушки. Записывай адрес…

— Диктуй.

Ломоть неторопливо выложил реквизиты Кудесника. Закончил же как обычно — проникновенным предостережением:

— Я, Вадя, сам знаешь, только добра тебе желаю, а потому наперед предупреждаю: я ведь и сам в каком-то смысле под Папой. Напрямую, понятно, не подчиняюсь, у меня свой район, но…

— Вассал моего вассала — уже не мой вассал, — пробормотал Вадим.

— Чего, чего?

— Так это я, не обращай внимания.

— Хмм… Я к тому, Вадим, что будь осторожен. Кудесник, конечно, типчик нестрашный, но Папа за него держится. Значит, и укусить в случае чего может крепко.

— Я понял тебя, Павел Игоревич. Спасибо.

— Не за что. Если что, и впредь звони сразу ко мне…

Отключившись, Дымов вышел в коридор. Пора было отправляться на дежурный обход.

Как там ни крути, а день начался неплохо, и это что-нибудь да значило. Все шло по графику, клиника жила своей размеренной жизнью. У пациента, привезенного накануне с лейкозом крови, наступил ожидаемый кризис. Так и должно быть после столь длительной химиотерапии. Уже и облысение началось. Это в тридцать-то лет! Да еще у женщины. Впрочем, печень с почками держались, так что можно было не паниковать. Подзарядив метаполе больной, Вадим зашел в регистратуру и вооружился весомой папкой очередных «путешественников». По словам Раисы Дмитриевны, комплектование первой интернациональной команды уже завершилось, и именно здесь помещались первые тест-характеристики клиентов. Дымову и самому было чуточку любопытно. Впервые в «Галактион» доставили неблагополучных детишек с благополучного запада — двоих из Испании, одного из Франции и сразу четверых из соединенных штатов Америки. Директор клиники волновалась как никогда. Ее можно было понять. За группу этих красавцев они получали примерно столько же, сколько могли бы получить с десятка аналогичных групп, собранных из своих доморощенных недорослей. И уж никто бы не упрекнул содержателей центра за то, что на деньги иностранцев они позволили бы себе увеличить квоту на неимущих пациентов. И не на пять-десять процентов, а разом вдвое.

Проглядев распечатки дел «импортных» детишек, Вадим остался доволен. Случаи были вполне узнаваемыми — наркотики, склонность к суициду, фрустрационная агрессия. Оно и понятно — беды всюду одинаковы. Значит, не будет и неприятных сюрпризов. Проведем подростков все тем же многотрудным лабиринтом, скорректируем метаполя, внушим что-либо светлое…

Не подкачал на этот раз и парикмахер «Галактиона». Заглянув к специалисту по шевелюрам, Вадим получил на руки вполне грамотную статистику по ведомым больным. А ведь всего полтора месяца назад этот мастеровитый юноша кривился от одной мысли, что ему тоже придется участвовать во врачебных экспериментах. Худосочный эстет принципиально не желал смешивать воедино понятия красоты и здоровья. Помог, как обычно, его величество случай. Ни мухлевать, ни давить на ваятеля человеческих шевелюр Дымов не хотел, а потому почти обрадовался, узнав, что супруга парикмахера уже на протяжении ряда лет всерьез обеспокоена отсутствием детей. Что примечательно, ни один из дорогостоящих анализов ничего не дал. По отдельности у обоих супругов все было в полном порядке, однако семьи не получалось. И уже после небольшой беседы Вадиму стало ясно, что еще год-два, и дело завершится либо банальным адюльтером на стороне, либо разводом. Такова уж основная человеческая программа: мужчины передают эстафету потомству, женщины искомое потомство воссоздают из собственной плоти и крови, и ни клонирование, ни иные научные изыски не в состоянии изменить этот порядок вещей. Во всяком случае — в ближайшие лет сто или двести. А потому без детей дают трещину и самые искренние чувства. Собственно говоря, дети и есть отражение чувств, и не секрет, что у здоровых родителей рождаются болезненные и хилые дети, а у иных замухрышек ребятишки вырастают такие, что просто диву даешься. Еще один фокус-покус матушки-природы, позаботившейся о том, чтобы яблоко от яблони падало на совершенно непредсказуемом расстоянии.