|
Оценить:
|
Пучина страстей
Оглавление
- Предыдущая
- 17/41
- Следующая
17
Я вас забыл.
Любовь такая
Не для меня.
Она святая
Должна быть, да!
Муре Шварц («Ах, Мура дорогая»)
Муре Шварц («Ты не можешь считаться моим идеалом»)
Посвящение
Короткое объяснение в любви
Генриетте Давыдовне
На день рождения Груни
Любочке Брозелио
«Кто я такой?»
Машинистке на приобретение пелеринки
Наташе
Заведующей столом справок
Деве
Любовь такая
Не для меня.
Она святая
Должна быть, да!
1927
Муре Шварц («Ах, Мура дорогая»)
Ах, Мура дорогая,
Пляши, пляши, пляши,
Но, в плясках утопая,
Не забывай души.
Душа есть самое драгое,
Что есть у нас, что есть у вас.
О детство, детство золотое,
Ушло ты навсегда от нас.
Балетоман Макар Свирепый
15 сентября 1927
Муре Шварц («Ты не можешь считаться моим идеалом»)
Ты не можешь считаться моим идеалом,
Но я все же люблю тебя, крошка моя.
И, когда ты смеешься своим симметричным оскалом,
Я, быть может, дрожу, страсть в груди затая.
Ты, танцуя, меня погубила,
Превратила меня в порошок.
И я даже не первый, кого загнала ты в могилу
(Я тебе не прощу сей капризный штришок!).
Я от танцев твоих помираю,
Погубила меня ты, змея.
Был я ангелом — стал негодяем…
Я люблю тебя, крошка моя!
(1928)
Посвящение
Ниточка, иголочка,
Булавочка, утюг.
Ты моя двуколочка,
А я твой битюг
Ты моя колясочка,
Розовый букет,
У тебя есть крылышки,
У меня их нет.
Женщинам в отличие
Крылышки даны!
В это неприличие
Все мы влюблены.
Полюби, красавица,
Полюби меня,
Если тебе нравится
Песенка моя.
(1928)
Короткое объяснение в любви
Тянется ужин.
Блещет бокал.
Пищей нагружен,
Я задремал.
Вижу: напротив
Дама сидит.
Прямо не дама,
А динамит!
Гладкая кожа.
Ест не спеша…
Боже мои, Боже,
Как хороша!
Я поднимаюсь
И говорю:
— Я извиняюсь,
Но я горю!
(1928)
Генриетте Давыдовне
Я влюблен в Генриетту Давыдовну,
А она в меня, кажется, нет —
Ею Шварцу квитанция выдана,
Мне квитанции, кажется, нет.
Ненавижу я Шварца проклятого,
За которым страдает она!
За него, за умом небогатого,
Замуж хочет, как рыбка, она.
Дорогая, красивая Груня,
Разлюбите его, кабана!
Дело в том, что у Шварца в зобу не.
Не спирает дыхания, как у меня.
Он подлец, совратитель, мерзавец —
Ему только бы женщин любить…
А Олейников, скромный красавец,
Продолжает в немилости быть.
Я красив, я брезглив, я нахален,
Много есть во мне разных идей.
Не имею я в мыслях подпалин,
Как имеет их этот индей!
Полюбите меня, полюбите!
Разлюбите его, разлюбите!
1928
На день рождения Груни
Да, Груня, да. И ты родилась.
И ты, как померанц, произросла.
Ты из Полтавы к нам явилась
И в восхищенье привела.
Красивая, тактичная, меланхоличная!
Ты нежно ходишь по земле,
И содрогается все неприличное,
И гибнет пред тобой в вечерней мгле.
Вот ты сидишь сейчас в красивом платьице
И дремлешь в нем, а думаешь о Нем,
О том, который из-за вас поплатится —
Он негодяй и хам (его мы в скобках Шварцем назовем).
Живи, любимая, живи, отличная…
Мы все умрем.
А если не умрем, то на могилку к вам придем.
1928
Любочке Брозелио
У Брозелио у Любочки
Нет ни кофточки, ни юбочки,
Ну а я ее люблю!
За ее за убеждения,
За ее телосложение —
Очень я ее люблю.
1928
«Кто я такой?»
Кто я такой?
Вопрос нелепый!
Я — верховой
Макар Свирепый.
1928
Машинистке на приобретение пелеринки
Ты надела пелеринку,
Я приветствую тебя!
Стуком пишущей машинки
Покорила ты меня.
Покорила ручкой белой,
Ножкой круглою своей,
Перепискою умелой
Содержательных статей.
Среди грохота и стука
В переписочном бюро
Уловил я силу звука
Ремингтона твоего.
Этот звук теперь я слышу
Днем и ночью круглый год, —
Когда град стучит по крыше,
Когда сверху дождик льет,
Когда птичка распевает
Среди веток за окном,
Когда чайник закипает
И когда грохочет гром.
Пусть под вашей пелеринкой,
В этом подлинном раю,
Застучит сильней машинки
Ваше сердце в честь мою.
(1929)
Наташе
Если б не было Наташи —
Я домой бы убежал.
Если б не было Наташи —
Жизнь бы водкой прожигал.
День, когда тебя не вижу,
Для меня пропащий день.
Что тогда цветенье розы,
Что мне ландыш и сирень!
Но зато, когда с тобою
Я среди твоих цепей,
Я люблю и подорожник,
Мне приятен и репей.
(1929)
Заведующей столом справок
Я твой! Ласкай меня, тигрица!
Гори над нами страсти ореол!
Но почему, скажи, с тобою мы не птицы?
Тогда б у нас родился маленький орел.
1930
Деве
Ты, Дева, друг любви и счастья,
Не презирай, не презирай меня,
Ни в радости, тем более ни в страсти
Дурного обо мне не мня.
Пускай уж я не тот! Но я еще красивый!
Доколь в подлунной будет хоть один пиит,
3
- Предыдущая
- 17/41
- Следующая