|
Оценить:
|
Гобелены Фьонавара
- Предыдущая
- 14/92
- Следующая
14
– Так вот почему мы вам понадобились? Из-за Ким? – Это были первые слова, которые Пол Шафер произнес с момента своего прихода.
– Да, – просто ответил маг.
– Черт возьми! – попытался пошутить Кевин. – А я-то решил, что все дело в моем личном обаянии.
Но никто не засмеялся. Ким впилась взглядом в лицо Лорена, словно надеясь найти ответы на мучившие ее вопросы в его благородных морщинах или переливах серебристого плаща.
Потом все же спросила:
– Что же это все-таки за гора?
И Лорен сухо ответил:
– Тысячу лет назад кое-кто был заключен там в подземную темницу. В самую глубокую темницу на свете, созданную под пятой Рангат – той самой горы, которую вы видели.
Ким кивнула, явно не решаясь спросить еще.
– И этот «кое-кто»… имеет отношение к силам Зла? – все-таки выговорила она, хотя слово «зло» явно далось ей с трудом.
Теперь эти двое разговаривали так, словно были в комнате совершенно одни.
– Да, – сказал маг.
– И это было тысячу лет назад?
Он молча кивнул. И в эти мгновения лживых признаний и заверений, когда можно было провалить все дело, глаза мага смотрели на нее с таким спокойствием и состраданием, с каким никогда не смотрели ни на кого больше.
Ким, как всегда машинально, потянула себя за прядь каштановых волос, свешивавшуюся на лицо, вздохнула и сказала:
– Ну ладно. Хорошо. Что я должна делать, чтобы помочь вам совершить Переход?
Дэйв все еще боролся с собой – происходящее просто не укладывалось у него в голове, – когда события стали вдруг разворачиваться с немыслимой быстротой, и он обнаружил, что уже стоит в общем кругу, в центре которого Ким вместе с этим магом, и крепко держит за одну руку Дженнифер, а за другую – Мэтта. Гном казался чрезвычайно сосредоточенным; ноги его были широко расставлены и крепко уперты в пол. Затем Лорен стал произносить какие-то фразы на неведомом Дэйву языке, и голос его все креп, звучал все более и более гулко…
– Лорен… а тот человек под горой мертв? – спросил вдруг Пол Шафер.
Лорен как-то странно посмотрел на хрупкого юношу, задавшего тот самый вопрос, которого маг так страшился, и прошептал:
– Как, и ты тоже? – И сказал уже громче: – Нет. – Что было истинной правдой. – Нет, он жив. – И снова заговорил на том странном языке.
Дэйву очень не хотелось показывать другим, что ему страшно – в сущности, он потому и явился сюда – и его все сильнее охватывает самая настоящая паника. Пол, услышав ответ Лорена, лишь раз кивнул в знак согласия и не сказал больше ни слова. Странный речитатив тем временем стал скорее напоминать некую песнь с весьма сложной мелодией и звучал все громче и громче. Облако исходившей из невидимого источника энергии окутало их, в воздухе разлилось отчетливо видимое сияние, возник негромкий гудящий звук…
– Эй! – взорвался Дэйв. – Пусть мне сперва твердо пообещают, что я вернусь назад! – Ответа не последовало. Глаза Мэтта Сорена были закрыты. Он крепко сжимал руку Дэйва.
Сияние стало ярче, усилилось и гудение.
– Нет! – снова выкрикнул Дэйв. – Я не хочу! Пусть мне сперва пообещают… – И он, изо всех сил рванув руки, высвободил их из рук Дженнифер и гнома.
Кимберли Форд пронзительно вскрикнула.
И в этот самый миг Кевин, не веря своим глазам, увидел, что комната вокруг них начала расплываться, а Ким с безумным выражением лица вцепилась в руку Дэйва и в свободную руку Джен, а из горла ее рвется странный пронзительный крик.
Затем они провалились в леденящий холод и тьму, царившие в пространстве между мирами, и перед Кевином все померкло. Но ему показалось, что где-то в мозгу у него – это продолжалось то ли мгновение, то ли столетие – грохочет странный издевательский смех. Во рту был отвратительный горький привкус перегоревшей печали. «Ах, Дэйв, – думал он, – Дэйв Мартынюк! Что же ты наделал?»
Часть вторая
ПЕСНЬ РЭЧЕЛ
Глава 1
Совершив Переход, они оказались в небольшой, тускло освещенной комнате, где-то высоко над землей. За раскрытыми окнами была ночь. В комнате имелись два кресла, скамьи вдоль стен и камин, в котором не горел огонь. На каменном полу лежал ковер с каким-то чрезвычайно сложным рисунком. На одной из стен, почти полностью закрывая ее, висел огромный гобелен, но в комнате, несмотря на неровное пламя горевших на стенах факелов, было темновато, и разобрать рисунок, вытканный на гобелене, оказалось практически невозможно.
– Ну что, Серебряный Плащ, вернулся? – послышался от двери чей-то довольно противный, пронзительный голос, в котором не чувствовалось ни капли радости. Кевин быстро посмотрел в ту сторону и увидел бородатого мужчину, лениво опиравшегося на копье. Лорен даже головы не повернул в сторону бородача и с нескрываемой тревогой громко окликнул гнома:
– Ты как, Мэтт?
Тот явно чувствовал себя неважно: он молча, с явным трудом кивнул и сразу же рухнул в одно из тяжелых кресел. На лбу у него выступили крупные капли пота. Кевин посмотрел на остальных, но все вроде бы перенесли Переход прекрасно, хоть и выглядели несколько ошалелыми. Вот только…
ВОТ ТОЛЬКО СРЕДИ НИХ НЕ БЫЛО ДЭЙВА МАРТЫНЮКА.
– Господи! – охнул Кевин. – Лорен, а где же…
И умолк, остановленный его умоляющим взглядом.
Пол Шафер, стоявший рядом с Кевином, тоже успел перехватить взгляд мага, тут же подошел к девушкам, что-то тихо им сказал, затем обернулся к Лорену и один раз утвердительно кивнул.
И только после этого маг наконец посмотрел в сторону бородатого стражника, стоявшего в прежней ленивой позе.
– Нынче ведь канун праздника? – спросил его Лорен.
- Предыдущая
- 14/92
- Следующая
