Выбери любимый жанр
Оценить:

Белое и черное


Оглавление


28

— Так вот, если бы подобное письмо имело целью вымогательство, его бы направили лично мне. Мол, я вот что про тебя знаю, и, если не хочешь, чтобы дошло до твоего мужа, с тебя причитается. Так ведь обычно делается?

— Да-да, именно так, — подтвердил Тодороку.

— Но ведь его как бы случайно подкинули мужу. Стало быть, дело не в деньгах, верно? Значит, автора интересует не материальная выгода. Он хочет глубоко оскорбить человека, разрушить чужое счастье, а это еще хуже, чем обычное вымогательство. Я спрашивала у Киёми, с ее письмом было то же самое. Киёми, расскажи, как оно к тебе попало.

— Письмо… — К бледно-восковым щекам девочки прилила кровь. Она собралась через силу рассказывать, но тут из-за двери раздался голос полицейского:

— Прошу прощения, тут поесть привезли.

Чья же кровь?

— Поесть?

— Ой, простите. Это я заказала. Извините, не принесете ли сюда?

При виде посыльного из магазина, нагруженного мисками с лапшой, Тодороку, предвкушая удовольствие, округлил глаза.

— До чего ты предусмотрительна, Судо-кун!

— Ну так время же подошло. К тому же Киндаити-сэнсэй мой гость.

— А мы, значит, с ним за компанию, так?

— Угощайтесь, пожалуйста. Да и на втором этаже ваши люди есть. Киёми-тян, иди к госпоже Кавамура, приготовьте чаю.

— Знаешь, Ямакава-кун, — засмеялся Тодороку, — Дзюнко всегда такая была. По характеру она хлопотливая женушка, помнишь, и прежде о нас беспокоилась. Ну что ж, коль специально о нас позаботились, придется угоститься. И тех, что на втором этаже, покормим.

— Спасибо за угощение, Дзюнко. Ничего себе ты расщедрилась, — улыбнулся Киндаити.

Перевалило за половину седьмого, и все уже ощущали пустоту в желудке. Дзюнко, широкая натура, заказала еды с лихвой. Позвали со второго этажа сыщиков, и все вместе принялись шумно уплетать лапшу.

— Судо-кун, а ты что не ешь?

— Да я сыта. Потом чаю выпью.

— Дзюнко, твой муж не вернулся?

— Я забегала взглянуть, записку оставила. Так что, если вернется, сюда придет. — Она немного помедлила. — Киндаити-сэнсэй!

— Да?

Почувствовав что-то новое в интонациях женщины, Киндаити перестал есть.

— Неизвестно, во сколько была убита хозяйка?

— Вот-вот выяснится. А что?

После некоторого замешательства Дзюнко расстроенно произнесла:

— Что уж там скрывать, если все равно станет известно. Я хочу сразу сказать: оказывается, мой муж вчера вечером возвращался в Хинодэ.

— Твой муж возвращался? — Тодороку тоже отложил палочки.

— Да. Один человек видел его, когда тот вышел из автобуса. Он был пьян. И еще… он направился именно сюда.

— Дзюнко, кто этот человек?

— Эномото. Молодой человек из Центра актерского мастерства студии Тэйто.

— Тот самый, что на озере пытался без спросу сфотографировать госпожу Катагири? — вставил вопрос Ямакава.

— Нет, Тамаки говорила про Химэно, он тоже с Тэйто.

— Эномото… Как его имя? — Ямакава полез в записную книжку.

— Дзюнко, как имя этого Эномото?

— Кэнсаку.

— Да-да, его Кэн-тян называют. Мы в одном корпусе живем. И даже на одном этаже.

— Так во сколько он его видел?

— Сказал, часов в десять. Эномото с ним парой слов перекинулся и заметил, что он выпивши. Потом мой муж свернул в эту сторону, и Эномото крикнул, что ему не туда. А он ему очень странно ответил.

— Что значит — странно?

— Что-то вроде «выведу хитрюгу на чистую воду».

Киндаити, Тодороку и Ямакава многозначительно переглянулись.

— Ты полагаешь, что под хитрюгой он подразумевал здешнюю хозяйку?

— Да.

— Но тогда получается, что твой муж хорошо знал, что за человек Катагири Цунэко.

— Да нет, вряд ли. Он только говорил, что красивая она, и все.

— А почему тогда «хитрюга»?

— Я сначала хотела бы у вас спросить: вы знаете, что вчера вечером я примчалась сюда здорово злая?

— Да, слышали только что.

— Тогда я хочу сперва рассказать об этом.

— Ну ты подожди малость, — заметил Тодороку. — Давай-ка, Ямакава-кун, быстренько прикончим лапшу, а потом уже не спеша поговорим.

Он был известен своим отменным аппетитом и в этот момент как раз приступал ко второй миске.

Чтобы сказать здесь правду о своем муже, от молодой женщины требовалось определенное мужество.

Дзюнко еще не имела никакого представления о том, какую роль он играет во всей этой истории. Но все же, рассудив, что пусть лучше это станет известно сейчас от нее, чем потом со стороны, она сделала решительный шаг и теперь сидела вся бледная.

— Ну вот теперь сыт. — Тодороку положил палочки и с удовлетворением глубоко вздохнул. — Можно и послушать, что ты нам расскажешь.

Ямакава тоже положил палочки. Другие полицейские и сыщики поблагодарили за угощение и удалились.

— Хорошо, — Дзюнко напряженно нахмурилась. — Я пришла вчера сюда, потому что считала хозяйку ателье автором этих оскорбительных писем.

— Хо-хо! Из чего же ты сделала такой вывод?

— У меня были две причины. Одна…

Здесь Дзюнко изложила то же самое, что недавно говорила господину Нэдзу, поэтому позволим себе не повторяться. К тому же это подтверждалось находкой журнала «Фанси Бол».

— Понятно. А вторая причина?

Кровь бросилась в лицо Дзюнко. Она в смущении затеребила платок.

— В том письме, которое я отдала сэнсэю, упоминался господин К.Х.

— Кто же он?

— Извините, но Киндаити-сэнсэй все про это знает.

— Ладно, не будем. Так в чем же дело?

— Я ездила вместе с господином К.Х. в одну поездку… Это было десять дней назад. И там я встретила женщину… Мне показалось, что это Катагири-сан.

3

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор